Три солдата
Рецензия Ф. Скотта Фицджеральда


За исключением пары памфлетов Эптона Синклера, тщательно замаскированных под романы и, тем не менее, игнорируемых добропорядочными американскими книготорговцами, «Три солдата» юного питомца Гарварда Джона Дос Пассоса — первая достойная внимания книга о войне, написанная американцем. Даже «Алый знак доблести» выглядит рядом с ней бледно. После прочтения «Трех солдат» меня переполняет то безымянное чувство, которое может вызвать лишь абсолютная беспристрастность автора.  Эту книгу не будут читать на западе нашей страны. Там и «Главная улица» показалась чересчур напряженной. И я уже сомневаюсь, станет ли «образованная» публика северо-западных штатов впредь рисковать, читая серьезный роман, не сдобренный любовной романтикой?

Нет, «Трём солдатам» никогда не сравниться с «Шейхом» или со сладострастными проповедями доктора Крафтса, вызывающими животную дрожь у жён владельцев процветающих лавок и похоронных бюро; эта книга может лишь напугать весь этот караван-сарай из «стодвадцатипроцентных» американцев, из готовых на небольшую финансовую жертву «ради нашей победы» дельцов, а также из горящих жаждой крови старых дев, выстраивавшийся в очереди у книжных магазинов, дабы приобрести и прочитать фронтовой шедевр испанского Зейна Грея, который сейчас с успехом идёт в кино в исполнении красавца-юноши с уложенными машинными маслом волосами.

Ну а дюжине или около того из тех, кто предпочитает более пристойный отдых, я искренне рекомендую «Трёх солдат». Перед ними развернётся весь изумительный фарс 1917 и 1918 годов. Они услышат пронзительные голоса членов «Юношеской христианской ассоциации», которые с застывшими снисходительными улыбками будут говорить: «Отлично, ребята! И я бы тоже пошёл с вами, но у меня плохое зрение! *** И помните, что ваши женщины сейчас молятся за вас! *** Я только что слышал, как бьется огромное сердце Америки. *** Ребята! Не забывайте, что вы боретесь за великие христианские ценности!».

Они услышат ещё много чего подобного и увидят, как те же назойливые ханжи торгуют какао по двадцать центов за чашку и произносят визгливые и бессмысленные речи, используя помпезный язык проповедей. Они увидят, как военная полиция свирепо «учит» рядового за то, что он забыл отдать честь какому-нибудь офицеру.

Они увидят грязь и боль, жестокость, истерию и панику, длившиеся три долгих и кошмарных года, и поймут, что война принесла всё это не в чью-нибудь чужую жизнь и не в жизнь чьего-нибудь сына, а в их собственную жизнь и в жизни их собственных сыновей — в жизни тех самых здоровых молодых самцов, которые два года назад, приезжая на побывку домой, грубо хвастались своими подвигами во Франции.

Первый солдат — это Дэн Фьюзелли из Калифорнии, ограниченный, глуповатый и честолюбивый. За его горькими разочарованиями, его интригами, его симпатичными качествами и алчностью мы проследим, начиная от военного лагеря, где его «обучают», и вплоть до послевоенного Парижа, где он становится поваром в столовой; его изначально гадкий, но всё же сносный, характер, к этому времени уже значительно ослаб.

Второй солдат Кристфилд, полудикарь, юноша с типичной южной моралью родом из Индианы, убивает своего воображаемого угнетателя — не потому, что причиненное ему зло было нестерпимо, а потому, что его темпераментный характер так реагирует на армейскую дисциплину; в итоге он дезертирует и остается в Париже.

Две эти косноязычные личности тесно связаны с третьей: это музыкант, влюбленный в сладкозвучные ритмы Флобера.

И при помощи этого самого Джона Эндрюса — главного героя книги — Джон Дос Пассос позволяет себе пренебречь своей почти флоберовской беспристрастностью и приступить к «бритлингизации» войны. Это становится практически сразу заметно по его манере, которая обретает фальшивую значительность и усеивает текст болтливыми многоточиями. Но через страницу-другую автор вновь обретает равновесие и устремляется к концу повествования, крепко удерживая в руках руль.

Это работа, выполненная с огромным тщанием. В ней нет ненужных деталей и неуклюжего жонглирования огромными массами материала, что свойственно всем американским работам в жанре реализма за исключением одной или двух. Автор не раздавлен рождённой паникой необходимостью немедленно использовать весть имеющийся у него материал, пока это не сделал какой-нибудь другой провидец новейших откровений. Джон Дос Пассос — настоящий художник. Его книга могла бы подождать и пять лет, и десять, и двадцать. Я склонен считать, что он — лучший из всех ныне живущих молодых авторов.

Недостаток выраженного в Джоне Эндрюсе замысла следующий: Джон Эндрюс представляет собой героя, чуть слишком уж слабого, что-то вроде Генри Адамса в молодости. Молодые люди такого сорта описывались уже не раз — обычно тогда, когда автор обнаруживает, что ему необходим некий рупор, а писать о самом себе не хочется.

Предпринимая все мыслимые меры предосторожности, героем неизбежно становится художник или музыкант, словно вне искусства нельзя найти ума. Я не хочу сказать, что «марионеточность» Эндрюса — частое явление. И никогда ещё не была она прикрыта ничем, кроме пресыщенности, жизненной силы и изящества. Тем не менее, бледные тени героев Уэллса и его имитаторов маршируют колоннами по полям книги, как бы напоминая о том, что столь глубокому и талантливому человеку, как Джон Дос Пассос, не стоит записываться в верный, но бесцветный отряд Уэллса, встав плечом к плечу с Уолполом, Флойдом Деллом и новейшей жертвой Менкена — Эрнестом Пулом.  Единственный успешный Уэллс — это сам Уэллс. И ради того, чтобы литература развивалась и дальше, можно покончить и с Уэллсом, и с Джеймсом Джойсом, и с Анатолем Франсом.

В завершение мне бы хотелось провести одно недоброе сравнение. Несколько недель назад из издательства мне прислали книгу одного широко известного и популярного автора, который, по всей видимости, решил, что в нынешние времена больше платят за глубокие мысли — как сказал несравненный Менкен, за «болтовню о великих делах». Издательство сообщило мне, что книга выйдет в октябре, и что, по их мнению, это лучший из предложенных им когда-либо романов; в заключение меня попросили высказать своё мнение о книге. Я её прочитал. Она представляет собой безнадёжную  попытку совершить то, что уже совершил Дос Пассос. Книга изобилует мистицизмом родом из психиатрической лечебницы «Фергюс-фоллс», а также неусвоенными идеями Геккеля; типичная сцена — героическая смерть французского «пуалю», кричащего «Иисусе!» жертвующему собой санитару из «Красного креста»! В конце даже был, в некотором роде, вывод: Жизнь — это Серьёзная Штука, или что-то в этом роде! Когда было не смешно, было больно от банальности. Песок так и сыпался из героев на каждой странице. И если кто-нибудь желает развить свой литературный вкус, дайте ему прочитать подряд «Выброшенное поколение» Оуэна Джонсона и «Трёх солдат» Джона Дос Пассоса. И если он почувствует разницу, то он — в числе спасенных. И быть ему с ангелами в Раю.


Оригинальный текст: Three Soldiers (a Review), by F. Scott Fitzgerald.


Перевод на русский язык © Антон Руднев, 2015.

Яндекс.Метрика