Ф. Скотт Фицджеральд
Записные книжки


Z: Записи периода работы над «Последним магнатом»

Выглядело это печально и нелепо, как пятидесятилетняя женщина, натянувшая цветные чулки по последней моде.

Мне кажется, большинству женщин свойственно надеяться; умение хранить надежду — их сильная сторона.

Настало позднее лето, пришедшееся на тот опасный возраст, когда ожидать от жизни уже нечего и пытаешься жить только настоящим, а если нет и настоящего, придумываешь его. (Не использовано ли?)

Начало августа — время опрометчивых романов, импульсивных и немотивированных преступлений. (Не использовано ли?)

Эрнест непременно протянет руку помощи тому, кто на скале стоит ступенькой выше, чем он сам.

Умно выраженное отрицание любой общепринятой идеи может оказаться бесценным.

Испытав такое состояние, когда тебе безразлично, погибнешь ты или уцелеешь, — так было и со мною, — трудно вернуться к жизни. Пример — Комптон Маккензи. Трудно вновь в себя поверить, ведь ты словно бы что-то в себе убил.

Моя романтическая мечта о прочности — ощутить себя воздушным змеем, которого крепко держат за веревочку, чтобы не унес ветер.

Но он так этого и не забыл, с ним так навсегда и осталась, возникая снова и снова, эта картина — окутанный сумерками город и медленно воспаряющая над ним девушка, которую подхватил и держит чудесный воздух и влечет вперед сама воплощенная золотая мечта, словно акцию, вдруг стремительно поднявшуюся, а все-таки ненадежную.

Двое молодых людей бросили свою службу — они были клерками в гостинице — и все лето жили на пособие по безработице (девять долларов в неделю), от зари до зари валяясь на пляже. Одному из них предложили работу на сорок долларов в неделю, но он отказался — ведь бездельничать было так чудесно. А старику цирюльнику, у которого был непорядок с головой, и со здоровьем, и с денежными делами, и — господи, с чем у него был порядок? — они сказали, чтобы проваливал с их дороги, да побыстрее.

Та крохотная доля чудесного, что перепадает нам раз-другой в жизни.

Такое чувство, точно бы перед нами без конца проходила доподлинная жизнь, схожая с кинолентой и заслуживающая внимания не больше, чем фильм.

И отправились на озеро понырять, проплыть по этой сказочной грани, отделяющей окутанный туманом мир воды от пропитавшегося сыростью небосвода.

Трагедия этих людей в том, что ничто в жизни не задело их по-настоящему глубоко.

В жизни слишком многое решается удачей, в драме слишком много зависит от судьбы.

Если кадр за кадром воспроизвести жизнь большинства из нас от первого до последнего вздоха, фильм не вызвал бы никаких иных чувств, кроме скуки и отвращения. Словно бы на пленке был не живой человек, а почесывающаяся обезьяна. Вам нравится, когда друзья показывают после ужина фильм о собственном ребенке или о своей последней поездке? Тоска смертная, правда?

Потом я увидел на катере Скотти в обществе прыщавого юнца и с горечью (или ревностью) убедился, что он ей нравится. Она находит в нем что-то живое.

Джон О'Хара постоянно пребывает в состоянии человека, только что понявшего, что мир скверно устроен. Медиум вечно выглядит так, словно с полчаса назад его крепко ударили и он еще не до конца опомнился. Нэнелли Дж. говорит, что он похож на идиота, которому кто-то дал прекрасную автоматическую камеру, и теперь он бродит по городу, не зная, что снимать.

Мои суждения весомы, потому что подкреплены опытом неудачника, суждения Эрнеста — потому что подкреплены опытом любимца судьбы. Нам с ним больше не о чем говорить.

Люди вроде Эрнеста и меня когда-то были очень впечатлительны и столько перевидали, что больно становилось при одном воспоминании. Люди вроде Эрнеста и меня рады всех и каждого сделать счастливыми, они изо всех сил к этому стремились. А потом люди вроде Эрнеста и меня взбунтовались и принялись наказывать других за глупость Люди вроде Эрнеста и меня…

Я не был умен не по годам, просто я был нетерпелив (или вечно торопился?).

Совет начинающим писателям: читайте Толстого, Маркса и Д. Г. Лоренса. А еще? Еще — читайте Толстого, Маркса, Д. Г. Лоренса.

Как писатель я стараюсь постичь все многообразие, скрытое в человеке, все зло, на которое он способен, но как личность я остерегаюсь таких крайностей. Не могу сказать о себе, что я безукоризнен, но рыцарствен, и, сколько помню, даже рыцари Круглого стола лишь стремились к этому.

«Сын Америки». Хорошо написанный невзыскательный роман ужасов, идея которого явно сводится к тому, что для общего блага хорошо, когда слабоумный негр утрачивает над собой контроль.

Страх объясняют ощущением, что ты беспомощен в этой ситуации, или поиском выгод в ней. Последнее возможно, но что касается первого… Придет день, когда никто не вспомнит о психоаналитиках, а книги Э.Х. будут читать как замечательные исследования психологии страха.

Литературная биография — самый лживый жанр. Это оттого, что не существовало китсовского мироощущения до Китса, как до Линкольна не существовало линкольновского образа мысли.

Комплекс неполноценности возникает всего лишь из ощущения, что ты не смог сделать всего, на что способен, — «пьянство» Эрнеста было просто формой такого комплекса.

Я последний романист, других теперь не будет долго.

Проблемы. Большинство проблем легко решается в начальной своей стадии, и многие твои проблемы как раз находятся в стадии зарождения. Они возникают не настолько неожиданно, чтобы не успеть и глазом моргнуть. Жизнь осложняется с женитьбой, она усложняется из-за денег или еще чего-нибудь, а когда она становится и вправду сложна, разрешение трудностей решительно невозможно, если не считать самого простого разрешения, которое представляет могила.

У Достоевского не существует того, что принято называть «второстепенными» персонажами.

Девушке подобает смирение, как раз его-то и недостает Вулфу, Сарояну, Шлесинджеру, и меня это гнетет точно так же, как беспросветная мрачность О'Хары.

Назначение прозы — пробудив страстное любопытство, потом неожиданно удовлетворить его со всей щедростью. Разве не того же самого мы ждем от всех, с кем сталкиваемся?

«Ночь» ближе к кульминации становится не так интересна из-за того, что там нет диалога. Глаз ищет его и пропускает важные места, ведь предпочитают, чтобы персонажи раскрывались не в ходе авторского исследования, как бы препарирующего их, а — как это у меня и бывает — в своих поступках, логично вытекающих из всего предшествующего. Тем важнее становится точный эмоциональный расчет.

Это вроде бы как «Повесть о двух городах», которую написал Эрнест, хотя такое сравнение и не слишком удачно. Я хочу сказать, что это, в сущности, довольно поверхностная книга, которая, однако, содержит в себе столько же глубоких вещей, как «Ребекка».

Хочу создавать сцены пугающие и не поддающиеся имитации. Не стараюсь, чтобы современники понимали меня столь же легко, как Эрнеста, о котором Гертруда Стайн сказала, что он уже сейчас становится достоянием музеев. Убежден, что я достиг большего и обеспечу себе скромное бессмертие, если сумею поддерживать свой уровень.

Действие есть персонаж.

Афоризмы

Совещания не родили ни одной великой мысли, но похоронили некоторое число идиотских.

Уметь писать — то же, что уметь плавать под водой, не задыхаясь.

Покажите мне героя, и я напишу трагедию.

Так легко быть любимым; так трудно любить.

Вычеркивайте все восклицательные знаки. Ставить восклицательный знак — все равно что смеяться собственной шутке.

Одна девушка может быть хорошенькой, но дюжина девушек — это всего лишь хор.

Способность удерживать в сознании две противоположные идеи, ничуть этим не смущаясь, есть признак зрелого интеллекта.
Пробным камнем первоклассного интеллекта является способность удерживать в уме две противоположные идеи одновременно и все-таки сохранять возможность действовать.

Никогда не было хорошей биографии хорошего романиста. Ее не могло быть. В нем самом слишком много людей, если он действительно хороший писатель.

Джаз — это не стиль музыки, джаз — это стиль жизни.

В настоящих ночных потемках человеческой души всегда три часа утра.

Бейсбол: детская игра, в которую играют несколько дюжин неграмотных мужчин.

Талант — способность воплотить то, что ты сознаешь. Другого определения таланта дать нельзя.

Очень мало что имеет значение, а большого значения не имеет ничто.


© А. Зверев, перевод на русский язык.


Оригинальный текст: The Notebooks, (Z) Loose Notes [with the material for The Last Tycoon], by F. Scott Fitzgerald.


Конец.

Яндекс.Метрика