Как работают современные писатели, с их собственных слов
– Ф. Скотт Фицджеральд


Идея рассказа «Ледяной дворец» («Сатердей ивнинг пост», номер от 22 мая) родилась в разговоре с девушкой, произошедшем в моём родном городе – в Сент-Поле, штат Миннесота. Мы ехали домой с киносеанса, был ноябрьский вечер.

– Вот и зима пришла, – сказала она, когда ветер стал рассыпать по дороге снежное конфетти.

Мне тут же вспомнились все зимы, которые я здесь видел – унылые, мрачные, казавшиеся бесконечными, и мы стали разговаривать о жизни в Швеции.

– Вот интересно, – без всякого умысла сказал я, – а не из-за холода ли шведы такие меланхолики? Не климат ли делает этих людей такими тяжеловесными и чёрствыми… – И тут я умолк, потому что почуял сюжет для рассказа.

С этой идеей я не расставался две недели, не написав ни строчки. Я думал, что можно написать историю о людях – или об одном человеке – родом из Англии, вот уже несколько поколений живущих в очень холодном климате. У меня даже была одна деталь о климате: первая снежная позёмка, которую ветер гонит по улицам, словно призрачный авангард.

Через две недели я поехал в Монтгомери, штат Алабама, и однажды на прогулке мы с девушкой забрели на кладбище. Она сказала, что мне никогда не понять, что она чувствует при виде солдатских могил армии Конфедератов, а я сказал, что понимаю это так хорошо, что могу даже изложить на бумаге. На следующий день, возвращаясь обратно в Сент-Пол, мне пришло в голову, что это всё детали одной и той же истории – о контрасте между Алабамой и Миннесотой. Когда я вернулся домой, у меня было:

1) идея: этот самый контраст;

2) естественное развитие событий: девушка едет на север;

3) идея о том, что в какой-то момент холод подействует на неё угнетающе, вызвав галлюцинации;

4) и этим моментом станет её пребывание в ледяном дворце – рассказ о ледяном дворец я собирался написать вот уже несколько месяцев, с тех пор, как мама рассказала мне о таком дворце – его строили в Сент-Поле в восьмидесятых годах;

5) деталь: снег в тамбуре поезда.

Вернувшись в Сент-Пол, я озадачил семью тем, что тут же заставил рассказывать мне буквально всё, что они помнили про ледяной дворец. В городской библиотеке я разыскал небольшое изображение дворца, опубликованное в тогдашней газете. Затем я тщательно прошерстил свою записную книжку в поисках какого-нибудь случая или персонажа, который мог бы пригодиться – я всегда так делаю, когда приступаю к рассказам. На этот раз не попалось ничего особенного, за исключением записи про разговор с одной девушкой, когда мы обсуждали, что бывают люди «кошачьи», а бывают «псовые».

И я начал писать. Сначала я сделал воздушный набросок о жизни девушки в Алабаме. Это была первая часть. Я написал сцену на кладбище, использовав её также для завязки романтической интриги и для обозначения того факта, что героиня не любит холода. Получилась вторая часть. Затем я перешел к третьей части, в которой героиня должна была прибыть в город на севере, но эта сцена мне наскучила на середине, и я перескочил к началу сцены в ледяном дворце – я никак не мог дождаться, когда же придет очередь этой части. Я написал сцену, в которой пара подъезжает к дворцу на санях, и вдруг передо мной неотвязно стал маячить образ ледяного лабиринта – так что я бросил описание дворца и тут же перешёл к девушке, потерявшейся в лабиринте. Части первая и вторая заняли два дня. Часть с ледяным дворцом и лабиринтом (пятую) и последнюю сцену (шестую часть), в которой вновь звучит  мотив Алабамы, я закончил на третий день. Итак, у меня были начало и конец, которые я писал легко и с удовольствием, а также кульминация, работа с которой была интересной и воодушевляющей. Написание частей третьей и четвёртой заняло у меня три дня, и это наименее удавшиеся части рассказа. Работая над ними, я чувствовал скуку и неуверенность, постоянно переписывал, добавлял, сокращал и редактировал – к концу работы эти части не вызывали у меня уже никакого интереса.

Вот и вся история. Она – отнюдь не нарочно – иллюстрирует мою теорию о том, что то, что написано с удовольствием, всегда читается лучше, чем то, над чем долго корпел автор  – не считая жанра натуралистического реализма.


Оригинальный текст: Contemporary Writers and Their Work, A Series of Autobiographical Letters — F. Scott Fitzgerald, by F. Scott Fitzgerald.


Перевод © Антон Руднев, 2013.