Ф. Скотт Фицджеральд
Спасибо за огонек


Миссис Хэнсон, приятная, чуть поблекшая женщина лет сорока, продавала дамские корсеты и пояса для чулков за пределами Чикаго. Многие годы она окучивала Толедо, Лиму, Спрингфилд, Коламбус, Индианаполис и Форт Уэйн, и перевод на направление Айова-Канзас-Миссури стал воплощением стремления ее фирмы как следует закрепиться к западу от Огайо.

Со своей восточной клиентурой она была на короткой ноге и частенько принимала предложение выпить или покурить в офисе покупателя после удачной сделки. Но вскоре поняла, что на новой территории дела обстоят совершенно иначе. Ее не только никогда не спрашивали, не хочет ли она покурить? Напротив, несколько раз ее попытки осведомиться, не возражает ли кто, если она выкурит сигаретку, натыкались на полуизвиняющееся: «Дело не в том, что я против, но это дурно отразится на служащих» — «О, конечно, я понимаю.»

Курение было для нее серьезным подспорьем. Она очень много и усердно работала, и для того чтобы отдохнуть и расслабиться психологически, требовался определенный талант. Миссис Хэнсон была вдовой, у нее не было близких, которым можно было бы писать письма по вечерам, а от кино больше чем раз в неделю у нее начинали болеть глаза, поэтому сигарета становилась важным знаком препинания в длинных предложениях разъездных дней.

Последняя неделя первого путешествия по новому маршруту застала ее в Канзас-сити. Август был в разгаре, и, почувствов себя слегка одинокой среди всех этих новых знакомств, миссис Хэнсон была счастлива обнаружить за конторкой одной из компаний даму, знакомую ей еще по Чикаго. Тут же присев и начав разговор, она узнала кое-что о человеке, с которым собиралась встретиться.

— Он не будет возражать, если я закурю?

— Что? О, Боже, конечно, будет! — сказала ее знакомая. — Он даже деньги жертвует на борьбу с курением.

— Ох! Что ж, я вам благодарна за совет — более чем.

— Вам стоит быть здесь повнимательнее, особенно с мужчинами за пятьдесят, кто не был на войне. Один тут сказал мне, что тот, кто не воевал, всегда заметит того, кто курит.

Но при следующей своей встрече миссис Хэнсон столкнулась с некоторым исключением из этого правила. Приятный молодой человек так пристально следил за сигаретой, которой она постукивала по ногтю большого пальца, что она предпочла убрать ее. Впрочем, вскоре она была вознаграждена приглашением на ланч и уже через час получила внушительный заказ. Мало того, он еще и настоял на том, чтобы отвезти ее к месту следующей встречи, хотя она намеревалась найти какой-нибудь отель по соседству и сделать наконец пару затяжек в туалетной комнате.

Это был один из тех дней, что полны ожидания. Все были заняты, все опаздывали и все новые клиенты были либо мужчинами с непроницаемыми лицами, которые явно не одобряли снисходительное отношение к себе, либо женщинами, вольно или невольно подчинившимися точке зрения этих мужчин.

Миссис Хэнсон не курила с самого завтрака и вдруг поняла, почему чувствовала смутную неудовлетворенность в конце каждого разговора, независимо от его успешности с точки зрения бизнеса. Она могла говорить: «Мы считаем, что действуем на другом поле. Конечно, все это резина и ткань, но нам удалось соединить их вместе другим способом. Тридцать процентов увеличения расходов на национальную рекламу говорят сами за себя». Но про себя думала, мне бы разок затянуться, я продала бы им даже старье из китового уса.

Оставалось посетить всего один магазин, но до встречи было еще полчаса. Она как раз успела бы съездить в свой отель, но, не обнаружив в поле зрения ни единого такси, пошла по улице, думая о том, что, может быть, стоит бросить курить и перейти на таблетки. Неожиданно прямо перед собой она увидела католический собор. Он казался очень большим, и вдруг ее осенило: если под сводами господними курится столько фимиама, то небольшой дымок в притворе никто не заметит. Как может Господь обратить внимание на то, что уставшая женщина затянется разок-другой у него на крыльце? Тем не менее, хотя она и не была католичкой, эта мысль вдруг ужаснула ее. Так ли уж важно, чтобы она выкурила свою сигарету, если это может оскорбить массу других людей? И все-таки, он не будет против, продолжала думать она, тем более что в его время табак даже не открыли… Она вошла в церковь. В притворе было темно, и она поискала спички в своей сумке, но там их не оказалось. Я прикурю от одной из их свечек, подумала она.

Темноту нефа нарушало лишь пятно света в углу. Она пошла по проходу между скамьями к белому пятну и обнаружила, что это вовсе не свечи, а пожилой мужчина, гасивший последнюю масляную лампу.

— Это дары верующих, — сказал он. — Мы гасим их на ночь. Нам кажется, что людям важнее сохранить их для следующего дня, чем оставить их гореть всю ночь.

— Понимаю.

Он погасил последнюю. Теперь в храме больше не было света, кроме того, что давала электрическая люстра высоко над головой и неугасимая лампада у алтаря.

— Спокойной ночи, - сказал пономарь.

— Спокойной ночи.

— Полагаю, вы пришли помолиться.

— О, да.

Он вышел через ризницу. Миссис Хэнсон преклонила колени и приступила к молитве. В последний раз она молилась очень давно и едва знала, о чем молиться, так что она помолилась за своего работодателя и за клиентов в Де Мойне и в Канзас-сити. Закончив, она поднялась с колен. Мадонна пристально смотрела на нее из ниши в шести футах над головой. Она взглянула на нее в полузабытьи, затем устало опустилась на угол скамьи. В ее воображении пресвятая Дева сошла с небес, как в пьесе «Чудо», заняла ее место и стала продавать вместо нее корсеты и пояса, и вымоталась так же, как она. А потом миссис Хэнсон, очевидно, уснула, всего на несколько минут.

Проснувшись, она поняла, что вокруг что-то изменилось. Сначала она почувствовала, что знакомый запах в воздухе не был запахом ладана, а затем ощутила жгучую боль в пальцах. Тут она осознала, что сигарета, которую она держала, была зажжена — она горела.

Все еще под действием дремы, она затянулась, чтобы не дать сигарете погаснуть, и посмотрела на Мадонну в ее полутемной, едва видной нише.

— Спасибо за огонек, — сказала она.

Этого ей показалось недостаточно, так что она встала на колени, и дымок сигареты скользнул у нее между пальцев.

— Большое спасибо за огонек.


Главная героиня рассказа Фицджеральда Thank you for the light («Спасибо за огонек») — миссис Хэнсон — женщина около 40, директор небольшой фирмы по продаже корсетов и поясов — едет в очередную деловую поездку по нескольким штатам США, где курение не в почете, а миссис Хэнсон таки любит порой выкурить сигаретку-другую. Одним из ключевых моментов произведения становится встреча курильщицы и пономаря в католическом соборе.

Автор знаменитых романов «Великий Гэтсби», «По ту сторону рая» и «Ночь нежна» написал этот короткий рассказ, когда испытывал тяжелые времена. Его любимая жена Зельда к этому времени окончательно сошла с ума, а последние работы писателя не пользовались прежним успехом. Надо было выживать, поэтому ради заработка Фицджеральд писал большое количество небольших рассказов для различных журналов. В частности, писатель публиковался в вышеупомянутом New Yorker’е и в The Saturday Evening Post.

Thank you for the light можно назвать ярким примером того периода в творчестве экс-певца «богемной жизни». Рассказ ироничен, лаконичен и не очень похож на обычный стиль Фицджеральда. Рассказ еще не переводился на русский язык, поэтому у любителей и профессионалов есть все шансы блеснуть мастерством. Редакция ИА «Актуально» предлагает свою версию перевода.


Оригинальный текст: Thank You For the Light, by F. Scott Fitzgerald


Алексей Лущанов, перевод на русский язык (http://aktualno.ru/news/view/spasibo-za-ogonek-7709)

Яндекс.Метрика