Ф. Скотт Фицджеральд
Нежно любимый


О, мой юноша прекрасный, так вдохновенно читающий Платона! О, прекрасный цветной чемпион Чикаго по гольфу! По рельсам он движется в ночи, стюард в ресторане-вагоне, а после этого, при тусклом свете единственной лампы, в затхлом запахе плевательниц, он пишет письма туда — на Запад, «Братству Розенкрейцеров». Вечно ищущий.

О прекрасный юноша, вот твоя девушка — не парящая в небе, как ты, но дивная и темная змея, быстро скользящая по земле, глядя в небо, глядя на тебя.

Лилимэри любила его, частенько звала к себе, и они поженились в церкви Св.Джарвиса, в Северном Энглвуде. Годами они себя совершенствовали, занимаясь однообразным механическим трудом, свойственным их расе, становясь понемногу старше, но не лучше. Жена рекламного менеджера из «Чикаго Дейли» дала ему почитать «Манифест коммунистической партии» и для разнообразия ещё Платона — «Федона» и «Апологию», или другую литературу «Братства Розенкрейцеров», что в Сакраменто, штат Калифорния, — и эти слова звенели у него в ушах, под стук рельсов во тьме на участке за Олтоном, Спрингфилдом или Бирмингтоном.

Возлюбленные с бронзовой кожей — у них никогда не будет собственного дитя с такой же бронзовой кожей, или так только казалось долгие годы? Но пробил час, прозвенел гонг, и за две сотни долларов доктор Эдвин Барч с Сауф-Мичиган-авеню согласился взять дело в свои руки.

Они были так прекрасны, они были так утонченно-прекрасны! Ни один из них никогда не причинил другому боль, и каждый был мастером изящных компромиссов. Юноша прекрасный взял на себя все заботы о ней, когда она носила дитя — он платил сестре, чтобы та присматривала за ней, а сам устроился на вторую работу, и стал стюардом в ресторане-вагоне, и еще разъездным официантом на городских банкетах. И в один прекрасный день дитя с бронзовой кожей явилось на свет.

О, юноша прекрасный, произнесла Лилимэри, вот твой прекрасный сын! Она лежала в больничной палате, и было в палате всего четыре койки, и были в палате с ней жены чемпиона по борьбе, владельца похоронного бюро, а также и врача. Лицо юноши прекрасного было столь лучезарным и серьезным, зубы его так сияли, когда он улыбался, а в глазах читалась такая нежность, что казалось — с ними никогда и ничто не могло случиться.

Когда она засыпала, юноша прекрасный сидел у ее постели и в третий раз перечитывал «Уолдена» Торо. Затем медсестра сказала, что ему пора уходить. В ту ночь он пошел работать на железную дорогу, и в Олтоне, торопясь отправить письмо, что написал один из пассажиров, он поскользнулся и упал под движущийся поезд, и ему отрезало ногу выше колена.

Юноша прекрасный лежал в больнице, и минул год. Лилимэри вновь пошла работать стряпухой. Тяжко складывались обстоятельства, проблемой стало даже получение компенсации за увечье, но он находил в своих книгах строки, что поддерживали их тогда, когда все человеческие существа, казалось, были далеко-далеко…

Дитя росло, но не было оно прекрасным, подобным своим родителям, и было оно вовсе не таким, каким видели они его в своих мечтах. У них было слишком мало свободного времени, чтобы оделять ребенка любовью, и поэтому все более и более забот о нем брала на себя сестра. Им же хотелось вновь возвратитья туда, где были они раньше — где нога прекрасного юноши была цела, туда, где все было, как прежде. Чтобы вновь мог он искать наслаждений в своих книгах, чтобы вновь могла искать наслаждений в мечтах о ребенке Лилимэри.

Прошло несколько лет. Они так глубоко завязли в однообразном механическом труде, что выбраться оттуда они уже никогда не смогли бы. Юноша прекрасный теперь работал ночным сторожем, и перенес он шесть операций на своей культе, и каждый новый протез причинял ему непрестанную боль. Лилимэри все также честно и тяжко продолжала трудиться стряпухой. И стали они простыми и обыкновенными людьми. Даже сестра давным-давно позабыла, что юноша прекрасный раньше был цветным чемпионом Чикаго по гольфу. Однажды, наводя порядок в шкафу, она выбросила все его книги — «Апологию» и «Федона» Платона, Торо и Эмерсона, и все брошюрки, и всю переписку с «Братством Розенкрейцеров». Он долгое время находился в неведении, что все это утрачено. А затем, уставившись туда, где всё это было прежде, только и смог произнести: «Ну и ну… Ну и ну».

Потому что все меняется, все становится иным, и лишь с трудом мы их можем узнать — остаются лишь имена. А с тех пор, как радость ушла от них, было странно, что они так и продолжали звать друг друга юношей прекрасным и Лилимэри.

Миновало еще несколько лет, и они умерли от эпидемии гриппа, и вознеслись на небеса. Они верили, что там все будет хорошо — и все там было именно так, как им рассказывали в детстве. Нога юноши прекрасного вновь стала цела, и он стал чемпионом Небес по гольфу, и среди белых, и среди цветных. Сильной рукой гонял он мяч от облака к облаку по небесно-голубому фервею. Груди Лилимэри вновь стали крепкими, как в юности; среди ангелов она пользовалась уважением и вновь, как прежде, она гордилась юношей прекрасным.

По вечерам сидели они и пытались понять, чего же им здесь не хватает? Нет, не его книг — ведь здесь каждый сердцем знал все то, что в них было написано; и не сына — ведь они никогда не считали его таким же, как они. Долго ломали они головы, но так ничего и не придумали — и перестали они размышлять, и стали говорить друг с другом о том, как они прекрасны, или о том, с каким счетом победит в завтрашней игре юноша прекрасный.

Такие дела.


Примечания:

Рассказ стилизован под «высокую» прозу (отсюда употребление своеобразных синтаксических построений, архаичных местоимений и глагольных форм, а также причудливых эпитетов, имен и названий).

Платон (427? — 347 гг. до н. э.), древнегреческий философ.

«Братство розенкрейцеров» — официальное название «The Ancient Mystic Order of Rosae Crucis»; основание этого организованного по принципу масонских лож ордена в Европе относят к XII в.; в Америке существует с 1694 г.; его эмблема — крест с розой в центре. Написание, принятое Фицджеральдом, возможно, предполагает каламбур из слов rose — роза и crucian — карась.

Лилимэри (Lilymary) — неупотребительное имя (возможно придумано по аналогии с Rosemary).

Св. Джарвиса — вымышленное название; Jarvis — не имя святого, а название маленького острова в Тихом океане, колонизованного США в 1935 г.

Северный Энглявуд — зд. вероятно, вымышленное место. Englewood (Энглвуд) — название небольшого города в штате Нью-Джерси, а также пригорода Детройта, штат Колорадо.

«Чикаго Дейли» — газета.

«Манифест коммунистической партии» К. Маркса и Ф.Энгельса (впервые опубликован в феврале 1848 г. в Лондоне).

«Федон», «Апология Сократа» — названия философских сочинений Платона.

Сакраменто, штат Калифорния; официальный центр (headquarters) американских розенкрейцеров находится, однако, в другом городе того же штата — Сан-Хосе (San Jose).

Олтон, город и железнодорожный узел в штате Иллинойс.

Спрингфилд, Бирмингтон — такие названия носят многие города разных штатов

«Уолден» (Walden, or Life in the Wood), книга американского писателя и поэта Генри Торо (1817—1862), названная по месту, где ее автор провел в одиночестве два года; в ней описывается его жизнь в единении с природой.

Эмерсон, Р. У. (1803—1882) — американского философа и поэта

фервей — выкошенная дорожка в начале площадки для гольфа.


Оригинальный текст: Dearly beloved, by F. Scott Fiztgerald.


Перевод на русский язык © Антон Руднев, 2003, 2009, 2016.

Яндекс.Метрика